Версия для печатиВерсия для печати Наша история | № 24 | Июнь | 2007

Постоянный адрес статьи: http://www.sormovich.nnov.ru/archive/1229/

Борис Бурнаков

Четыре года на краю пропасти

Борис Бурнаков, девятнадцатилетний горьковчанин, был полон сил и надежд, работал на машиностроительном заводе, радовался начинающейся весне и приветливым улыбкам на девичьих лицах, когда в апреле 41-го его призвали в армию.

Однако вместо обычного курса молодого бойца Бориса ожидала начавшаяся в июне беспощадная война. Он служил артмастером в артиллерии. С карабином за плечами пробирался под шквальным огнем от одной пушки к другой, чтобы в адских условиях попытаться их отремонтировать.

В первых же боях его серьезно ранили. Не успев ничего понять и почувствовать, Борис, словно подкошенный, упал на землю, а когда попытался встать, яркая вспышка боли опрокинула назад. Левая нога оказалась раздробленной, и пожилой хирург настаивал на ее ампутации, но тот, что был помоложе и посмелее, вступился:

— Он молодой. Срастется.

С полностью загипсованной ногой Бурнаков лежал в львовском госпитале, когда услышал за окном непривычный русскому уху говор. Приподнялся на локте, выглянул, и внутри все оборвалось: «Ребята, немцы!» С трудом, ковыляя от кровати к кровати, Борис спешно собирал у более тяжело раненых товарищей партийные и комсомольские билеты, чтобы уничтожить бумаги, чтобы спасти жизни.

С этого момента потянулись кошмарные годы плена. Он уже и не помнит, в скольких концентрационных лагерях пришлось сидеть. Тот факт, что Борису Александровичу все же удалось остаться в живых сродни чуду, ведь заключенных убивали за пустяковую провинность или даже просто ради забавы, а Бурнаков дважды бежал! Его ловили, сажали в карцер, где на морозе с немецкой методичностью обливали холодной водой.

Но он все же смог выжить, выжить и сохранить жуткие воспоминания о каторжной работе, о вонючей баланде, состоящей преимущественно из соломы и комьев грязи, о деревянных колодках вместо обуви в лютый мороз, о годами выходивших из раненной ноги кусках кости. Помнит он и нечеловеческие «развлечения» охранников, например, как они, швырнув к колючей проволоке горсть папирос, весело гогоча, расстреливали в нетерпении рванувших к долгожданному куреву людей.

В 1945 году Бориса Бурнакова перевели в лагерь смерти. Жуткое, продирающее до костей чувство охватило, когда увидел огромные горы оставшейся от бывших хозяев одежды и обуви: мужской, женской… и детской. Швырнул бы кто-нибудь безразлично в эту серую кучу и его старую с обрезанными на портянки полами шинель, если бы вновь не уберегла счастливая звезда. Немцы взорвали свои смертоносные печи, испугавшись приближающейся Красной Армии.

Повезло Бурнакову и после освобождения. Никаких репрессий со стороны Советской власти в отношении него не было. Правда, пришлось изрядно походить по кабинетам, доказывая факт ранения.

Необычайная сила воли не оставила Бурнакова и после. Несмотря на пережитые ужасы, способные сломать любую психику, он сумел полностью вернуться к нормальной мирной жизни, создать семью. Сегодня жизнь Бориса Александровича наполняют радостью и светом две дочери и две внучки, а также родившаяся пару месяцев назад правнучка Оленька.

Наталья БИРЮКОВА

‹‹ Предыдущая статья в архиве Следующая статья в архиве ››